«Последний дюйм» — кино как из Голливуда, только лучше

Лет примерно в 11-12 мы с приятелем, моим сверстником, жестоко поспорили. Приятель утверждал, что фильм «Последний дюйм», который недавно посмотрели все пацаны нашего шахтёрского посёлка — заграничный. К моему удивлению, оказалось, что заграничным фильм считают и другие пацаны, я со своим патриотичным мнением оказался почти в одиночестве. Шёл 1959 год, фильм, снятый по рассказу англичанина Джеймса Олдриджа, на цветную плёнку, с подводными съёмками, живыми акулами и закадровой диковинной электронной музыкой действительно смотрелся «не нашим», ничем не напоминавшим «Военную тайну», «Андрейку» и тому подобное детское кино того времени.

Кадр из фильма «Последний дюйм”. Бен — Николай Крюков, Дэви — Слава Муратов.

Но презентовался этот фильм снявшей его киностудией «Ленфильм» именно как детский, правда, с пояснением: «приключенческая драма». Нашу неокрепшую детскую психику «Последний дюйм» прямо-таки будоражил. Сюжет очень жёсткий — сын, которому, как и нам тогдашним, 11 лет, спасает жизнь отцу, пострадавшему от нападения акулы. Собственно, и свою жизнь тоже. И тот факт, что для этого ему, 11-летнему мальчишке, приходится поднимать в воздух и сажать самолёт, на котором он летит второй раз в жизни, в фильме не выглядит преувеличением. Наоборот, кадры перелёта — самые сильные, беспощадные и убедительные в фильме.

Особо следует сказать о звучащей в фильме песне. Это классический блюз, в котором нет уже совсем ничего детского. Чего стоят лишь рефреном звучащие слова «какое мне дело до всех до вас, а вам до меня» — ну совсем не пионерская песня! И о ней тоже спорили, правда, ребята постарше. Кто-то утверждал, что песню написал и исполнял недавно приезжавший из США в СССР негритянский певец Поль Робсон. На самом деле он её не сочинял и никогда не пел, авторы песни композитор Мечислав Вайсберг и поэт Михаил Соболь. А исполнял её за кадром Михаил Рыба, популярный в те годы советский эстрадный певец польского происхождения. Песню, я думаю, стоит послушать, она способна производить сильное впечатление и сегодня.

А в целом можно сказать: «Последний дюйм» — не подражание голливудским картинам. Да, это фильм, снятый откровенно в американском стиле, но когда его смотришь, на память приходят не бесшабашные вестерны, а суровые, но гуманные экранизации Хэмингуэя, вроде классики «Старик и море». «Последний дюйм», не смотря на всё свою жёсткость, тоже гуманный, и несмотря ни на что детский. Это напоминание о том, что в жизни бывают моменты, когда помощи ждать неоткуда и надеяться нужно только на себя.

Владимир Царан.

Подписывайтесь на нас в "Яндекс Новости" и "Яндекс Дзен"